Немного истории

[dodododo]

Вчера набралась новых знаний о стране, в которой живу, благодаря обычной женской трепотне. Решила в очередной раз освободиться от лишних вещей, собрала тряпки, которые ни разу не одевала и отнесла в полукомиссионный магазин, где получу за них может полу-, может - четверть цены, но зато хозяйка приятная. Это та, которая вышла замуж то ли за уругвайца, то ли парагвайца - поскольку она предупредила, что будет страшным оскорблением, если я при муже перепутаю страну, я с перепугу теперь не могу запомнить.
О чем могут говорить две женщины, которые неплохо друг к другу относятся, но плохо знают, давно не виделись и еще долго не увидятся, скорее всего? Я только один раз была у них в гостях, и приняла приглашение только потому, что думала, что хозяйка соответствует названию своего магазина - "La Boheme"и своему внешнему виду, но оказалось, что это один из тех приемов, когда надо следить не только за вилкой и ножом, но и держать спину, локти и уровень беседы - чтоб она прошлась по всем вершинам модных тем, ничего глубоко не задевая, и чтоб все с юмором и непринужденно. На работе она проще. Разговор сразу перешел на тему о превратностях любви.
Уши: Я в молодости была влюблена безумно в одного невероятного красавца. Просто с ума сходила. И так получилось, что мне довелось остаться у него дома на выходные. Ты знаешь, у него дома был шокирующий порядок. Я случайно сдвинула на его столе какую-то маленькую штучку на полсантиметра, он ее тут же поправил. Я пришла в ужас.
Я (меланхолично): типичный немец, однако!
Уши: Какой немец, я ж тебе говорю, что он был венгром! И еще секс с ним меня разочаровал. Мою безумную любовь как ветром сдуло. Через час общения с ним я уже с тоской думала, как я смогу провести здесь оставшееся время? Тут же придумала повод и убежала. Да, секс - очень важно.
Зато в другой раз так было: моя подруга, замужняя, влюбилась в француза, из оккупантов...
Я: когда же это было?
Уши: в 87.
Я: какие тогда оккупанты?
Уши: ты что, не знаешь, весь Берлин был разделен на секторы. Нам нельзя было общаться с оккупантами, им с нами тоже было запрещено. Французам, например, можно было ходить только парами, поодиночке запрещалось. И вот подруга меня попросила посидеть с его напарником, пока она будет с ним в другой комнате. Я согласилась скрепя сердце, только ради нее. Сидим, разговариваем, я все тайком поглядываю на часы. И тут он случайно задел меня рукавом. Меня как током ударило. "Что это?" - думаю. Я его даже не разглядела до этого. Посмотрела - нет, не мой тип, не нравится. Сидим дальше, я опять на часы поглядываю. Тут подруга вышла со своим. Поставили музыку, мой собеседник пригласил меня танцевать и я поняла, что мне - конец. У нас начался очень бурный роман. Мы ездили с ним в Прагу встречаться, чтоб посвободнее можно было общаться, а то за ними следили. Но и тут его поймали. Вызвали, говорят: признавайся, к кому ты в Прагу ездил? - Откуда вы знаете? - спрашивает. - А они, конечно, телефон подслушивали, слышали, что в Прагу собирается. Но французы такие странные - вроде строгие, ничего не прощают, а тут он говорит: "Понимаете, она замужняя женщина (хотя я тогда не была замужем), нехорошо получится, муж ее не простит". Ну, они его пожурили, и даже выслали, но раз замужняя, говорят, тогда ладно, замнем. Я так страдала. Но с другой стороны, он тоже был аккуратист, у него в ванной полотенчики все висели по размеру и все баночки так аккуратно были расставлены. Вот я ругаю моего Вальтера, что он разбрасывает вещи, но про себя знаю, что с аккуратистом не выдержала бы.