прогноз психолога
Nov. 21st, 2003 07:09 pmпо поводу написанного ниже.
то, что на взгляд сторонних, не включенных наблюдателей выглядит как имущественная разборка -- безусловно, на каком-то уровне именно ею и является.
но это -- экономика, в которой, как и в природе, побеждает сильнейший, и роль личности нивелируется до роли жертвы.
кроме всех прочих атрибутов; личностью человек является до тех пор, пока он не стал единицей статистики.
всякие природные катаклизмы и исторические катастрофы способствуют девальвации роли личности.
тем не менее неравнодушного наблюдателя не оставляет вопрос: насколько закономерным было нахождение именно этих людей именно в этом месте в этот час.
вспоминается анекдот про кораблекрушение:
пассажир: Господи! ну меня-то понятно, за что! но неужели Ты допустишь, чтобы из-за меня погибли и остальные 100 человек?
Голос свыше: я вас всех по одному собирал на этот корабль.
когда речь идет о природных явлениях, и мы наблюдаем жертвы в лице грудных младенцев и прочей невинности, то это все не столь очевидно.
когда же дело касается исторических событий, вопрос о степени необратимости становится навязчивым. он распадается на подвопрос: в какой момент мы "не туда" повернули?
на эту тему неоднократно философствовалось в связи с революциями и мировыми войнами.
но, мне кажется, недостаточное внимание уделялось роли масс в мировых процессах.
касательно данного конкретного вопроса: аморфные массы, как всегда, преобладают. во всех задействованных юрисдикциях. это те, которые говорят: "наше дело маленькое, как там наверху решат". это те, которые никогда четко не смогут объяснить, во что конкретно они веруют, но любят произносить общие слова: "главное -- объединение. во имя любви к Богу. все остальное -- мелочи".
но именно на них будут опираться циничные силы для решения своих далеких от духовности задач.
личностям же, и тем, что справа, и тем, что слева, останется только это проглотить и не подавиться. насколько им удастя последнее -- вопрос всеядности, свойственной не всем, но, поскольку меряться тут будут "массами", отряд не заметит потери бойца.
идеологам МП, протестующим против объединения с этими раскольниками, придется смириться с материальными интересами своих верхов.
идеологам ЗПЦЗ(Л), требующим покаяния этих экуменистов и сергианцев, а иначе мы -- придется смириться с тем, что их архиереи уже сами подобострастно каются и только пытаются хоть что-то сохранить -- не имущество, так хотя бы номинальный статус.
прогноз:
через месяц-два после объединения мы будем наблюдать следующее явление: небольшая часть РПЦЗ(Л) уйдет в раскол.
оставшаяся часть будет поспешно заметать следы. представители этой части в ЖЖ будут стирать свои старые гневные постинги, изобличающие сергианство и экуменизм МП, и вместе с непредставителями ЖЖ дружным хором возносиитьдифирамбы аллилуйю новым хозяевам.
новые хозяева будут взирать на все это с вполне объяснимым презрением и брезгливостью:
во-первых, хоть какая-то компенсация за недобровольное объединение с раскольниками, во-вторых, "мы их поставили на колени, а теперь они делают вид, что встали из любви". это и понятно: "не сами принесли-отдали добровольно".
представители РПЦЗ(В), ставшие по воле событий раскольниками и вынужденные поменять статус РПЦ на ИПЦ, будут взирать на все с ужасом и находить подтверждение своим предположениям о том, что РПЦЗ(Л) стала игрушкой дьявола, единожды предав.
на самом деле - все объясняться будет гораздо банальней. любовь бывших представителей РПЦЗ(Л) к новой власти будет абсолютно искренней и бескорыстной.
поскольку в силу вступят простые психологические механизмы, действующие на уровне масс, а именно т.н. "стокгольмский синдром", получивший свое название в связи с местом, где впервые это явление было научно зафиксировано и обосновано.
конкретно:30 лет назад было совершено нападение на один из стокгольмских банков, в процессе которого террористы удерживали заложников более 5 суток. заложники начали проявлять солидарность с захватчиками, вроде абсолютно добровольную. феномен был изучен криминалистом Nils Bejerot со следующими выводами:
— Пленники начинают отождествлять себя с захватчиками. По крайней мере, сначала это защитный механизм, зачастую основанный на неосознанной идее, что преступник не будет вредить жертве, если действия будут совместными и положительно восприниматься. Пленник практически искренне старается заполучить покровительство захватчика.
— Жертва часто понимает, что меры, принятые её потенциальными спасателями, вероятно, нанесут ей вред. Попытки спасения могут перевернуть ситуацию, вместо терпимой она станет смертельно опасной. Если заложник не получит пулю от освободителей, возможно, то же самое ему достанется от захватчика.
— Долгое пребывание в плену приводит к тому, что жертва узнаёт преступника, как человека. Становятся известны его проблемы и устремления. Это особенно хорошо срабатывает в политических или идеологических ситуациях, когда пленник узнаёт точку зрения захватчика, его обиды на власть. Тогда жертва может подумать, что позиция преступника — единственно верная.
— Пленник эмоционально дистанцируется от ситуации, думает, что с ним этого не могло произойти, что всё это сон. Он может попытаться забыть ситуацию, принимая участие в бесполезной, но занимающей время "тяжёлой работе". В зависимости от степени отождествления себя с захватчиком жертва может посчитать, что потенциальные спасатели и их настойчивость действительно виноваты в том, что происходит.
то, что на взгляд сторонних, не включенных наблюдателей выглядит как имущественная разборка -- безусловно, на каком-то уровне именно ею и является.
но это -- экономика, в которой, как и в природе, побеждает сильнейший, и роль личности нивелируется до роли жертвы.
кроме всех прочих атрибутов; личностью человек является до тех пор, пока он не стал единицей статистики.
всякие природные катаклизмы и исторические катастрофы способствуют девальвации роли личности.
тем не менее неравнодушного наблюдателя не оставляет вопрос: насколько закономерным было нахождение именно этих людей именно в этом месте в этот час.
вспоминается анекдот про кораблекрушение:
пассажир: Господи! ну меня-то понятно, за что! но неужели Ты допустишь, чтобы из-за меня погибли и остальные 100 человек?
Голос свыше: я вас всех по одному собирал на этот корабль.
когда речь идет о природных явлениях, и мы наблюдаем жертвы в лице грудных младенцев и прочей невинности, то это все не столь очевидно.
когда же дело касается исторических событий, вопрос о степени необратимости становится навязчивым. он распадается на подвопрос: в какой момент мы "не туда" повернули?
на эту тему неоднократно философствовалось в связи с революциями и мировыми войнами.
но, мне кажется, недостаточное внимание уделялось роли масс в мировых процессах.
касательно данного конкретного вопроса: аморфные массы, как всегда, преобладают. во всех задействованных юрисдикциях. это те, которые говорят: "наше дело маленькое, как там наверху решат". это те, которые никогда четко не смогут объяснить, во что конкретно они веруют, но любят произносить общие слова: "главное -- объединение. во имя любви к Богу. все остальное -- мелочи".
но именно на них будут опираться циничные силы для решения своих далеких от духовности задач.
личностям же, и тем, что справа, и тем, что слева, останется только это проглотить и не подавиться. насколько им удастя последнее -- вопрос всеядности, свойственной не всем, но, поскольку меряться тут будут "массами", отряд не заметит потери бойца.
идеологам МП, протестующим против объединения с этими раскольниками, придется смириться с материальными интересами своих верхов.
идеологам ЗПЦЗ(Л), требующим покаяния этих экуменистов и сергианцев, а иначе мы -- придется смириться с тем, что их архиереи уже сами подобострастно каются и только пытаются хоть что-то сохранить -- не имущество, так хотя бы номинальный статус.
прогноз:
через месяц-два после объединения мы будем наблюдать следующее явление: небольшая часть РПЦЗ(Л) уйдет в раскол.
оставшаяся часть будет поспешно заметать следы. представители этой части в ЖЖ будут стирать свои старые гневные постинги, изобличающие сергианство и экуменизм МП, и вместе с непредставителями ЖЖ дружным хором возносиить
новые хозяева будут взирать на все это с вполне объяснимым презрением и брезгливостью:
во-первых, хоть какая-то компенсация за недобровольное объединение с раскольниками, во-вторых, "мы их поставили на колени, а теперь они делают вид, что встали из любви". это и понятно: "не сами принесли-отдали добровольно".
представители РПЦЗ(В), ставшие по воле событий раскольниками и вынужденные поменять статус РПЦ на ИПЦ, будут взирать на все с ужасом и находить подтверждение своим предположениям о том, что РПЦЗ(Л) стала игрушкой дьявола, единожды предав.
на самом деле - все объясняться будет гораздо банальней. любовь бывших представителей РПЦЗ(Л) к новой власти будет абсолютно искренней и бескорыстной.
поскольку в силу вступят простые психологические механизмы, действующие на уровне масс, а именно т.н. "стокгольмский синдром", получивший свое название в связи с местом, где впервые это явление было научно зафиксировано и обосновано.
конкретно:30 лет назад было совершено нападение на один из стокгольмских банков, в процессе которого террористы удерживали заложников более 5 суток. заложники начали проявлять солидарность с захватчиками, вроде абсолютно добровольную. феномен был изучен криминалистом Nils Bejerot со следующими выводами:
— Пленники начинают отождествлять себя с захватчиками. По крайней мере, сначала это защитный механизм, зачастую основанный на неосознанной идее, что преступник не будет вредить жертве, если действия будут совместными и положительно восприниматься. Пленник практически искренне старается заполучить покровительство захватчика.
— Жертва часто понимает, что меры, принятые её потенциальными спасателями, вероятно, нанесут ей вред. Попытки спасения могут перевернуть ситуацию, вместо терпимой она станет смертельно опасной. Если заложник не получит пулю от освободителей, возможно, то же самое ему достанется от захватчика.
— Долгое пребывание в плену приводит к тому, что жертва узнаёт преступника, как человека. Становятся известны его проблемы и устремления. Это особенно хорошо срабатывает в политических или идеологических ситуациях, когда пленник узнаёт точку зрения захватчика, его обиды на власть. Тогда жертва может подумать, что позиция преступника — единственно верная.
— Пленник эмоционально дистанцируется от ситуации, думает, что с ним этого не могло произойти, что всё это сон. Он может попытаться забыть ситуацию, принимая участие в бесполезной, но занимающей время "тяжёлой работе". В зависимости от степени отождествления себя с захватчиком жертва может посчитать, что потенциальные спасатели и их настойчивость действительно виноваты в том, что происходит.
no subject
Date: 2003-11-21 11:31 am (UTC)no subject
Date: 2003-11-21 01:20 pm (UTC)другое дело, что человек изначально обычно не хочет признаваться себе, что лжет (неправильно поступает и пр.) именно в силу того, что не может жить сознанием этого.
для того, чтобы себе в этом не признаваться, существуют простые механизмы.
очень красиво они были продемонстрированы во всяких экспериментах с гипнозом:
на глазах многочисленных зрителей испытуемому в состоянии транса делалось какое-нибудь "дикое" внушение, например: когда вы очнетесь от гипноза, вы должны подойти к даме в пятом ряду, заьрать без слов ее зонтик, подняться снова на сцену, раскрыть его и прогуливаться молча по сцене. когда вы очнетесь, вы не будете помнить, что это поручение вам давалось во время гипноза".
все испытуемые как один проделывали веленное. когда экспериментатор с деланным изумлением осведомлялся, что означает их странное поведение, каждый(!) находил себе "обоснованное и логическое" оправдание. абсолютно никому не пришло в голову сказать хотя бы "я сам не знаю,почему я это сделал".
и это, заметьте, в вопросе, который не затрагивает "честь, совесть" и пр.
когда же затрагивается -- тем более человек находит тысячу оправданий своим поступкам.
no subject
Date: 2003-11-21 03:47 pm (UTC)no subject
Date: 2003-11-21 03:53 pm (UTC):-))
no subject
Date: 2003-11-21 04:07 pm (UTC)no subject
Date: 2003-11-21 04:09 pm (UTC):-))