православие или смерть

[dodododo]

приходила сегодня в кирху женщина, по собственному самоопределению -- староверка.
живет в Берлине с 79 года, нашу кирху "открыла" недавно -- у нее неподалеку свой зубоврачебный кабинет.
принесла с собой чудесную рукописную книгу. мой книжный фетишизм, взращенный на Матенадаране, особенно чувствителен к старым и рукописным книгам. я издалека углядела, что она читает что-то особенное, сидючи одна в уголочке, хищно подлетела к ней и не могла больше отойти. но она наотрез отказалась позволить сфотографировать книгу, и даже быстренько закутала ее тряпкой.
тем не менее близость вожделенного предмета завораживала меня, не позволяя отойти от владелицы.
я стала ее выспрашивать, какую церковь она посещает. выяснилось, что не только никакую за все эти годы (это было бы понятно), но что она один раз была в храме МП и вдосталь там наплакалась от религиозных чувств, понаставив свечек.
-- как же вы пошли к никониянам? -- удивилась я.
-- а что означает это слово "никонияне"? я часто слышала, но не знаю значения.
пришлось ей объяснять, что означает "староверы". по ходу почувствовала, что чем чаще и строже я употребляю слово "нельзя", тем большим доверием ко мне она проникается. наконец доверие достигло таких масштабов, что она снова вытащила свою книгу и даже раскрыла ее.
-- вот тут написано "генвар" -- "январь" означает.
-- да я знаю.
-- откуда вы знаете? -- поразилась она.
пришлось ей про ц-сл. язык рассказывать.
-- а вы что, и молитвы знаете? -- и, сраженная наповал моим ответом, состоящим из одного только слова, позволила даже сфотографировать книгу.
выяснилось, что она из ростовской области. ходила молиться к какой-то бабушке на хутор, в церкви не была. у бабушки муж и сын были сосланы вместе с ней в Сибирь за веру, там погибли, а бабушка пешком оттуда сбежала (за что купила). и берегла эти рукописные книги, которым больше ста лет, настоящего возраста они не знают. одну из книг она сунула своей духовной дочери, когда та в январе этого года приехала из Германии ее навестить. остальные несколько штук раздала кому-то из ростовской семинарии -- они долго ходили выпрашивали: "что делать, им ведь учиться надо, а книг у них нет", -- объяснила она своей подопечной.
-- вот такие люди меня воспитывали. мой сын меня недавно стал упрекать: "что ж ты, мама, маловерующая?" -- а я ему говорю: да я самых чистых кровей верующая, от таких людей происхожу.

потом, когда я поделилась своим удивлением с о.Теодором, он сказал:
-- в Греции тоже много таких: готовы умереть за православие, но совсем не знают, что оно собой представляет.




где-то 300 страниц таких от руки...

Comments

[mon-kassia.livejournal.com]

не совсем, но отчасти похоже. как в точности звучали византийские песнопения, мы уже вообще никогда не узнаем, разве что на том свете.

[v-a-r.livejournal.com]

Вообще-то это русская "знаменная крюковая нотация", Византия тут не при чем.
А если хотите послушать древнее византиское пение - нет проблем, современные исполнения вполне адеквантны.

[mon-kassia.livejournal.com]

я читала книгу одного исследователя др. музыки; он говорит, что все эти современные реконструкции в принципе не могут быть адекватны, потому что это только "гадательно" все. той музыки никто не слышал, и то, что поют сейчас - это все очень примерно. Думаю, это правда.
К тому же древнегреческий язык звучал совсем не так, как сейчас его воспроизводят. Там было музыкальное ударение, а не тоновое, как сейчас у нас. Мы это вообще воспроизвести не можем. Мы не знаем, как звучал тот язык.

[v-a-r.livejournal.com]

Нужно различать византийскую певческую традицию и русскую, это две совершенно различные вещи. Точно воспроизвести исполнение какого-либо роспева какого-либо времени невозможно в смысле "нельзя дважды войти в одну реку", но если при этом находиться в непрерываемой традиции, то можно сказать, что поешь конкретно данный роспев как он есть, а не "как пели И.Дамаскин/Роман Сладкопевец/Кукузель". Все дело в том, что греческая традиция церковного искусства не прерывалась, а русская испытала перерыв в 300 лет и теперь требует сначала научной реконструкции затем прививания в живую культуру, вобщем, реставращии. Поэтому исполнить адеквантно знаменный роспев не представляется возможным чисто в силу отсутствия критериев правильности, а греческая традиция - она жива до сих пор.