рыбный день и совдепия

[dodododo]

вылупилось новое поколение, которому все надо объяснять.

скоро ничего само собой подразумевающегося не останется...

Comments

[attalea.livejournal.com]

Поражает не то, что подразумеваемого не остается. Это естественно. Кроме того, вещи бытовые как раз-таки, в основном, передаются -- родителями, учителями (теми, что еще тогда "выкованы в боях" были)- ну, нечто по типу "колбаса была дешевше". И идеалистические представления достаточно советского толка тоже передаются (творчество , единственность любви и т.д.). Что не передается -- так это как раз "подразумеваемое", "мимословное и междустрочное". Наверное, лучшее. Потому что для того, чтобы читать между строк, надо, по крайней мере, читать. В этом смысле симптоматично абсолютное непонимание "Мастера и Маргариты" и абсолютный же неинтерес к этой книге. Следствие того, что проходят в школе? Только ли?
Для того, чтобы знание стало "оккультным" (не в прямом смысле, в переносном -- помните, как цитатами переговариваясь, создавали некое общее поле причастности?) -- нужно, по крайней мере, чтобы хотелось такого рода причастности. Тогда протягивались ниточки между прошлым и будущим. В СССР это было просто: во-первых, пиетет прошлого (хоть только одной, дозволенной части), во-вторых, уверенность в том, что знание возможно как таковое (хоть не всеобъемлющее, но более или менее полное и законченное -- наследие победившего рационализма
:-), в-третьих - сравнительно небольшой диапазон выбора. И таким образом создавалась среда понимающих мимо строк. У сегодняшних молодых -- одновременность бравады ("это все уже ненужное старье!") и ощущения совершенно комплексового не-знания, с которым ничего не поделаешь. (Не пишу об особо "продвинутых", постмодерновых ребятках, им все это -- рудимент, вроде хвоста. Не знают и не хотят знать). Кама Гинкас как-то сказал, что современные студенты поражают его тем, что они "не затятые", не фанатичные. Что им не стыдно не знать . Помните, как нам было стыдно не сходить на концерт, не прочитать новый роман в журнале и т.д. Сама замечаю -- им не стыдно. И на мой вопль-- пусть шутливый: "Да как же вы без этого живете (без "Андрея Рублева", без Булгакова, Бабеля, Платонова, Мандельштама, да без "Карамазовых", в конце концов! -- без чего угодно -- нужное вставить)?" -- отвечают или бравируя, или смущаясь: "Ой, столько всяких книжек! И фильмов столько!". И они правы. Ибо сама широта выбора устраняет "междустрочия", по которым люди друг друга опознавали. И при этом -- парадоксально: им требуется немедленный результат, "рецепт". Тоже понятно - на это их и нацеливают и родители, и система образования, и жизнь. Рецепт -- в варианте ли Карнеги или Коэльо -- это уже неважно. И потому среды такого "цитатного" рода (не в смысле щеголяния цитатами, его и сейчас выше крыши, а в смысле глубоко серьезного отношения к цитате как к средству опознавания "своих" в системе какого-то общего знания) у них как раз и нет. Ибо невозможна вообще какая-то общность знания. Есть, конечно, субкультуры, и много, но это все же другое.

[miram.livejournal.com]

Что им не стыдно не знать . Помните, как нам было стыдно не сходить на концерт, не прочитать новый роман в журнале и т.д. Сама замечаю -- им не стыдно.

У одесских знатоков по этому поводу была (и есть, вероятно) поговорка: "Не стыдно не знать -- стыдно не хотеть знать". Правда, это лучшие.